|
|
|
|
Учебный материал
РОССИЙСКОЙ КОЛЛЕКЦИИ РЕФЕРАТОВ (с) 1996
http://referat.students.ru; http://www.referats.net; http://www.referats.com
МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ
Средняя школа ?94
г. Минска 11 "В" класс
Белов Максим.
Общественно-политическая жизнь
В СССР и БССР(1928-1939)
Научный руководитель:
учитель истории
Рослякова Г.В
Минск 2001 г.
Оглавление
Введение
Глава 1. Два плана индустриализации.................................................4
Глава 2. Социально-экономические итоги форсированного развития страны.........................................................................................7
Глава 3. Общественно-политическая борьба (1932-1934 гг.)....................10
Глава 4. Постепенное введение страны в "большую чистку"...................14
Глава 5. Общественно-политическая борьба в БССР (1937-1938 гг.)..........20
Заключение.................................................................................23
Список литературы........................................................................26
Введение.
В сознании людей всё больше утверждается понимание того, что глубокое проникновение в историю позволяет извлечь уроки для дня сегодняшнего. Общество добивается гарантий необратимости перемен и одну из них справедливо видит в категорическом осуждении преступлений Сталина, созданной при нём модели социально-экономического и политического устройства.
Что же удержало нас сегодня от возвращения от возвращения к "неосталинизму"? Другим стал мир? Верно, но и в этом другом мире время от времени, пусть не всегда (но ведь и Сталин был не навсегда), устанавливаются самые жестокие диктатуры. Другими стали мы? Августовские события 1991г. показали, что это-главное. И в это "другие", несомненно, входит наш страшный исторический опыт, полное разоблачение сталинизма и созданной в 30-50-ые годы системы. История всё же кое-чему нас научила. Неприятие террористических форм государственности, ужас простого человека перед всесилием и беспощадностью карательной машины - самый понятный, эмоциональный, а поэтому сильный аргумент против диктатуры. Конечно, людей, для которых история - лишь разменная монета в политических комбинациях, вряд ли можно в чём-либо убедить. Однако сумятица и историческая малообразованность поразили за долгие годы фальсификацией и умолчанием широкие слои общества. Немалую вину за это несут и историки. Наши знания ещё слишком общи и приблизительны, а поэтому допускают многочисленность трактовок, прямых передержек и откровенных спекуляций.
В ряду не поясненных проблем есть и такая: сопротивление репрессиям, нравственный и политический выбор действующих лиц трагический событий. Справедливо возложив главную ответственность за преступление на сильнейшего - государство, мы всё же нередко слишком категоричны в утверждениях о всеобщей покорности, неведении и казённом единомыслии. Вряд ли верно сводить всё многообразие потоков общественной жизни даже того тяжелейшего времени лишь к широковещательным кампаниям и поддержки приговоров против "врагов народа", судить об умонастроениях конца 30-х годов исключительно по гнусным митингам и выступлениям в газетах. Такое упрощение исторической реальности не только оставляет без ответа многие существенные вопросы, например об источниках жизнеспособностей общества, будущего очищения его от деформаций, оно глубоко несправедливо к памяти тех, кто, как мы, сопротивлялся. Подобное упрощение, по существу, лишает нас важнейших нравственных опор, обедняет демократическую культуру, устои которой всегда поддерживались примером людей, в самые тяжёлые времена находивших в себе силы жить по совести. Извлечение их имён из небытия, полноправное включение в нашу историю такое же условие очищения общества, как и разоблачение преступников.
Однако, люди, выступавшие против произвола, нередко действительно плохо понимали суть происходившего, были наивны в стремлении к справедливости и в вере в неведение вождя. Но разве это умоляет значение их в полном смысле этого слова смертельно опасных поступков? Объективно честная позиция, попытки противостоять подлости и насилию, независимо от того, на сколько эти действия осознавались как антисталинские, были сопротивлением репрессивной политике правительства. Да и, кроме того, факты свидетельствуют, что многие в 30-е годы хорошо разбирались в сути происходившего, знали истинную цену Сталину, ясно представляли, кто является инициатором террора.
В ряде случаев против намерений Сталина провести "большую чистку" выступали высокопоставленные государственные и партийные деятели. Сегодня уже трудно выяснить, что двигало каждым из них: инстинкт самосохранения, нежелание предавать друзей и близких или принципиальное несогласие с ужесточением репрессий. Но в любом случае факты эти необходимо знать и учитывать. Имеющие факты, думается, уже сейчас позволят оспорить упрощающее прошлое стереотипы, уточнить некоторые оценки, а значит, яснее представить один из самых сложных и трагический периодов нашей истории.
Разработка темы об общественно-политической жизни 29-38-х годов основано на обзоре документов, таких как книга О.В.Хлевнюка "1937: Сталин, НКВД, советское общество" и книга Э.В.Клоповаи Л.А.Гордона "Что это было?".
Глава 1: Два плана индустриализации.
Исторический поворот конца 20 начало 30-х годов явился следствием и проявлением процессов, обусловленных как общими закономерностями социально-экономического развития в условиях социалистической индустриализацией, так и особенностями того конкретного варианта социалистического строительства, который был избран в стране.
Возможность и даже неизбежность противостояния различных вариантов социально-экономической стратегии в конце 20 - начале 30-х годов были связаны, с одной стороны, с задачами, которые должно было решить советское общество на данном этапе своего развития, с другой - с объективной обстановкой, в которой приходилось решать эти задачи.
К исходу первого десятилетия Советской власти, когда в основном завершилось восстановление разрушенного, СССР оказался на той же начальной стадии индустриального преобразования народного хозяйства, которой Россия достигла на кануне войны и революции. В фабрично-заводской промышленности к началу первой пятилетки производилось лишь 20 - 25 % национального дохода СССР, тогда как сельское хозяйство давало около 50 %.
Объём промышленной продукции, выпускавшейся в то время даже по абсолютной величине, существенно уступал соответствующим показателям всех ведущих индустриальных держав, несмотря на гораздо более многочисленное население страны. При этом и в промышленности большинство рабочих было занято ручным трудом.
Потребность в решительных и быстрых индустриальных преобразованиях с необходимостью вытекало из подобного состояния производительных сил. Само же проведение индустриализации возникало скорее как следствие социально-экономической и общественно-исторической обстановке.